Секрет богатства — заповедь маасер ксафим: как удостоиться богатства?

Секрет богатства — заповедь маасер ксафим: как удостоиться богатства?

Источник маасер ксафим

Заповедь отдавать десятину от прибыли — древний обычай, упоминаемый уже у трех праотцев народа Израиля — Авраама, Ицхака и Яакова. Об Аврааме-авину, после того как он победил четырех царей и спас Лота, сказано, что Малки-Цедек, то есть Шем, сын Ноаха, пришел благословить Авраама-авину, и об этом сказано (Берешит 14:20): «וַיִּתֶּן לוֹ מַעֲשֵׂר מִכֹּל» — «И дал ему десятину от всего». То есть Авраам-авину дал Малки-Цедеку, который был коэном, десятину от военной добычи. Также об Ицхаке-авину сказано (Берешит 26:12): «וַיִּמְצָא בַּשָּׁנָה הַהִוא מֵאָה שְׁעָרִים» — «И получил он в тот год во сто крат»; Раши объясняет, что речь идет об оценке количества десятин, которые он должен был отделить от урожая. И Яаков-авину перед уходом в Харан дает обет Всевышнему (Берешит 28:22): «וְכֹל אֲשֶׁר תִּתֶּן לִי עַשֵּׂר אֲעַשְּׂרֶנּוּ לָךְ» — «И из всего, что Ты дашь мне, я непременно отделю Тебе десятину». [См. Рамбам (Мелахим 9:1), Раавад и другие комментаторы, что именно праотцы начали соблюдать эту заповедь для всех поколений].

Является ли маасер ксафим обещанием богатства?

В Торе сказано (Дварим 14:22): «עַשֵּׂר תְּעַשֵּׂר» — «Отделяй десятину», и мудрецы вывели отсюда (Таанит 9а): «Отделяй десятину, чтобы разбогатеть», то есть Тора обещает человеку, соблюдающему заповедь десятины, богатство; более того, Тора указывает человеку соблюдать эту заповедь ради того, чтобы он разбогател. Однако поским обсуждали, относится ли это обещание только к человеку, отделяющему трумот и маасрот от урожая своего поля, ведь в стихе сказано: «עַשֵּׂר תְּעַשֵּׂר אֵת כָּל תְּבוּאַת זַרְעֶךָ» — «Отделяй десятину от всего урожая твоего посева», и стих говорит о десятине урожая, растущего в поле, а не о денежной десятине. Или же, поскольку в Сифри (по версии Тосафот, Таанит 9а, д.ה. עשר, к Дварим 14:22; а также Танхума, Реэ 18) из слов «עַשֵּׂר תְּעַשֵּׂר אֵת כָּל תְּבוּאַת זַרְעֶךָ» — «Отделяй десятину от всего урожая твоего посева» выводится, что добавление Торой слов « אֵת כָּל » — «от всего» — учит, что нужно отделять десятину также от денежных доходов, не являющихся урожаем поля, следовательно и обещание богатства относится к этой заповеди?

На практике автор Мишна Брура (Аават Хесед, гл. 18, примечание) постановил, что толкование «отделяй десятину, чтобы разбогатеть» относится также к маасер ксафим, особенно когда маасер ксафим дается изучающим Тору. Поэтому строгое соблюдение отдачи маасер ксафим на поддержку Торы, безусловно, включает обещание благословения богатством.

Каково обещание тому, кто отделяет десятину, и каково обещание тому, кто отделяет хомеш?

Гра (Кетер Рош, 123) добавил, что благословение выводится из слов «עַשֵּׂר תְּעַשֵּׂר», из которых учат, что нужно дать две десятины, то есть отделить хомеш — пятую часть прибыли — на цдаку. Он объясняет, что благословение богатства делится на две части: сохранение уже имеющихся денег и имущества от ущерба, и благословение на новое богатство и дополнительные имущества сверх уже имеющегося. Человек, строго отделяющий первую десятину, удостаивается охраны своих денег и имущества, с которых он отделил десятину, и ему обещано, что им не будет причинен ущерб. [Так же объясняется в Мидраш Танхума (Реэ 12), что первая десятина охраняет от ущерба в имуществе]. С другой стороны, тот, кто дает хомеш, то есть соблюдает две десятины, удостаивается обеих благословений: и сохранения денег и имущества от потерь, и притока нового богатства, так что имущество и деньги умножаются.

Хафец Хаим (Аават Хесед, ч. 2, гл. 19, примечание, д.ה. והנה) писал, что есть много причин, которые, не дай Бог, приводят к бедности и денежным потерям. Если человек нарушил что-то из этого и ему была вынесена участь бедности, но он строго дает маасер ксафим, эта денежная десятина помогает ему избежать потерь, хотя в таком случае он не удостаивается богатства.

Разрешено ли испытывать Всевышнего?

Цдака спасает от тяжелых приговоров, спасает от смерти даже во дни голода, а также обогащает дающего цдаку (Шулхан Арух, Йоре Деа 247:4). Рама (там же) пишет, что, хотя запрещено испытывать Всевышнего и выполнять заповедь, чтобы проверить, удостоится ли человек награды, обещанной Торой исполняющему эту заповедь, тем не менее разрешено испытывать Всевышнего в отношении цдаки — дать цдаку и увидеть, разбогатеет ли он, поскольку это прямо сказано в стихе (Малахи 3:10): «הָבִיאוּ אֶת כָּל הַמַּעֲשֵׂר אֶל בֵּית הָאוֹצָר וִיהִי טֶרֶף בְּבֵיתִי וּבְחָנוּנִי נָא בָּזֹאת אָמַר ה' צְבָאוֹת אִם לֹא אֶפְתַּח לָכֶם אֵת אֲרֻבּוֹת הַשָּׁמַיִם וַהֲרִיקֹתִי לָכֶם בְּרָכָה עַד בְּלִי דָי» — «Принесите всю десятину в дом хранилища, чтобы была пища в Моем доме, и испытайте Меня этим, сказал Господь Цеваот: не открою ли Я вам окна небесные и не изолью ли вам благословение до избытка». Однако мнение Шла, Шеилат Яавец и Мишнат Хахамим (приведены в Питхей Тшува 247:2) состоит в том, что разрешение испытывать Всевышнего относится только к тому, кто отделяет десятины от своего урожая; цдака же и маасер ксафим подобны любой другой заповеди: хотя обещано, что они приводят к богатству, запрещено испытывать Всевышнего.

В отношении практической галахи автор Мишна Брура (Аават Хесед, гл. 18, примечание) привел несколько доказательств из слов Хазаль, что если человек строго отделяет маасер ксафим для содержания нуждающихся талмидей хахамим, то, безусловно, разрешено испытывать Всевышнего и смотреть, разбогатеет ли он благодаря этому.

Однако даже по мнению Рама есть несколько ограничений: а. Рама приводит, что есть спорящие и считающие, что разрешение испытывать Всевышнего относится только к тому, кто отделяет маасер ксафим на цдаку; но тот, кто дает цдаку, не отделяя десятину, не имеет разрешения испытывать Всевышнего. б. Мишнат Хахамим (приведен в Питхей Тшува 247:1) писал, что разрешение действует только если человек испытывает Всевышнего относительно того, разбогатеет ли он; но тот, кто дает цдаку ради выздоровления сына или других спасений, хотя разрешено давать цдаку ради спасения, не имеет права испытывать Всевышнего, действительно ли цдака поможет. Нужно дать цдаку в любом случае и понимать, что иногда существуют разные причины, по которым заповедь не защитила.

Кроме того, это не рекомендуется. Например, возможно, что за строгое соблюдение маасер ксафим человеку было постановлено огромное богатство, но с другой стороны за определенный грех ему была постановлена смерть; и потому богатство было отнято у него вместо смерти, вынесенной ему. Если же он испытывает Всевышнего, он как бы вынуждает Всевышнего дать ему большое богатство, хотя это может привести к тому, что приговор, не дай Бог, должен будет исполниться. Так же возможны и другие случаи, когда Творец мира знает, что богатство для этого человека относится к тому, о чем сказал царь Шломо (Коэлет 5:12): «יֵשׁ רָעָה חוֹלָה רָאִיתִי תַּחַת הַשָּׁמֶשׁ עֹשֶׁר שָׁמוּר לִבְעָלָיו לְרָעָתוֹ» — «Есть тяжкое зло, которое я видел под солнцем: богатство, сохраняемое его владельцу во вред ему». Поэтому всегда лучше вести себя с простотой и цельностью, не испытывать Всевышнего, полагаться на Него, что в заслугу строгого соблюдения десятин Он даст человеку все, что ему действительно нужно, и принимать все с любовью.

Сколько цдаки обязан дать человек?

В Шулхан Арух (Йоре Деа 249:1–2) постановлено, что человек, имеющий финансовую возможность, обязан обеспечивать бедных в соответствии с нуждами тех бедных, которые обращаются к нему. Однако для человека не столь состоятельного указаны три уровня обязанности давать цдаку: а. Наилучшее исполнение заповеди — дать хомеш, 20% от прибыли. б. Средняя мера — обычный человек дает маасер ксафим, 10% от прибыли. в. Дающий меньше этого называется «дурной глаз», то есть скупой человек, недоброжелательно смотрящий на бедных; однако он обязан дать в год как минимум треть шекеля [шекель в мерах Хазаль — немного больше количества, необходимого для обеспечения основных нужд человека на неделю, а треть шекеля — примерно на содержание человека в течение двух с половиной дней]. Тот, кто не дал этот минимальный размер, вообще не исполнил заповедь цдаки.

На практике автор Мишна Брура (Аават Хесед, ч. 2, гл. 19, п. 3) постановил на основании слов Гра [приведенных ниже], что человек, имеющий общую финансовую возможность, когда есть нуждающиеся бедные, скорее всего нарушит тяжелые запреты человека, игнорирующего бедственное положение бедняка, если не даст хомеш. Но если отдача хомеша приведет его к финансовой стесненности, он не обязан давать хомеш и может ограничиться маасер ксафим; после отдачи маасер ксафим он не нарушает запрета игнорировать бедного.

Сколько цдаки разрешено дать?

Рама (Йоре Деа 249:1) постановил, что запрещено отдавать более хомеша своего имущества — 20%, поскольку есть опасение, что человек сам станет бременем для общества. Однако существуют ситуации, когда можно пожертвовать больше этой суммы; об этом будет подробно сказано в отдельной статье.

Является ли маасер ксафим обязанностью или ограничением?

В свете сказанного первый вопрос, который нужно выяснить в законах маасер ксафим: является ли маасер ксафим минимумом или максимумом? То есть является ли маасер ксафим обязанностью отдавать десятую часть доходов на цдаку? Или же это ограничение, что нет обязанности отделять цдаку сверх маасер ксафим? Также существует запрет отделять более хомеша, если только не существуют различные условия, гарантирующие, что пожертвование не разорит дарителя, или определенные ситуации, когда разрешено пожертвовать в любом случае.

Ответ: верны оба утверждения.

Когда бедный пришел к человеку просить цдаку, есть обязанность дать цдаку; если же человек уже дал маасер или хомеш от своих доходов, он освобождается от дальнейшей отдачи, кроме определенных случаев, которые будут подробно рассмотрены в отдельной статье.

С другой стороны, если перед человеком сейчас нет бедного, нуждающегося в деньгах, все равно есть обязанность отделять маасер ксафим и откладывать эти деньги до того момента, когда они понадобятся, или передать их на цдаку бедным в другом месте. Ниже мы разъясним определение этой обязанности.

Есть ли смысл отделять хомеш, или это только ограничение?

Подобным образом нужно обсудить, является ли хомеш обязанностью или ограничением. В Гемаре (Ктубот 50а, 67б; Арахин 28а) хомеш упоминается только как ограничение: в Уше постановили, что тот, кто жертвует свои деньги, не должен жертвовать более хомеша, чтобы не стать нуждающимся в людях. Лишь когда человек записывает свое имущество в завещании, ему разрешено пожертвовать более хомеша. Из этого можно понять, что хомеш — только ограничение, запрещающее жертвовать больше хомеша.

С другой стороны, Шулхан Арух (Йоре Деа 249:1) приводит закон отдавать хомеш как «мицва мин hамувхар», то есть наилучшее исполнение заповеди. Значит, Шулхан Арух понял, что хомеш — это постановление жертвовать пятую часть имущества, но эта заповедь не обязательна, а является лучшим способом исполнения. Шулхан Арух вовсе не упомянул запрет жертвовать более хомеша; только Рама (там же) упомянул, что запрещено жертвовать более хомеша.

Бейт Йосеф (Йоре Деа 249:1) отмечает, что Рамбам (Матнот Анийим 7:5) написал, что наилучшее исполнение заповеди — пожертвовать хомеш, тогда как, на первый взгляд, хомеш — не заповедь, а ограничение [которое Рамбам постановил в Арахин 8:13], и в Гемаре это только ограничение. Бейт Йосеф объясняет: поскольку Гемара приводит источник постановления Уши не жертвовать более хомеша из обязательства Яакова-авину (Берешит 28:22): «וְכֹל אֲשֶׁר תִּתֶּן לִי עַשֵּׂר אֲעַשְּׂרֶנּוּ לָךְ» — «И из всего, что Ты дашь мне, я непременно отделю Тебе десятину», то есть он отделит десятину от своего имущества и снова отделит от него десятину, иначе говоря, дважды по 10% от доходов.  Также в Иерусалимском Талмуде (Пеа 1:1) приведена формулировка постановления Уши: «В Уше постановили, чтобы человек отделял хомеш от своего имущества на заповедь». Отсюда ясно, что постановление было не ограничением, а установлением, что наилучшее исполнение заповеди — отделять хомеш. Там же в Иерусалимском Талмуде вывели из стиха (Мишлей 3:9): «כַּבֵּד אֶת ה' מֵהוֹנֶךָ וּמֵרֵאשִׁית כָּל תְּבוּאָתֶךָ» — «Почитай Господа своим достоянием и первинами всего твоего урожая»: как от урожая есть обязанность отделять первую десятину и вторую десятину, всего 20%, так и от своего достояния есть обязанность отделять 20%.

Еще одна причина отделять хомеш — указание Гра (Игерет Гра) своей жене и дочерям, когда он расставался с ними в попытке подняться в Эрец-Исраэль: им следует очень строго давать хомеш. Ведь если человек не отделил хомеш, и перед ним оказался нуждающийся бедняк, есть тяжелый запрет отказать ему; а почти всегда бывают просьбы о пожертвовании, на которые мы не можем ответить. Но после того как человек отделил хомеш, и ему уже запрещено отделять больше, к нему нет претензии за то, что он не откликнулся на просьбу бедняка или габая цдаки. Так на практике постановил автор Мишна Брура (Аават Хесед, ч. 2, гл. 19, п. 3 и примечание там), но написал, что это относится к человеку, имеющему финансовую возможность; если же отдача хомеша приведет его к финансовой стесненности, он не обязан отделять хомеш, и даже если он отделит только маасер ксафим, к нему нет претензии за то, что он не дал бедному, пришедшему к нему.

Суть обязанности маасер ксафим

Как сказано, когда есть бедные, существует обязанность Торы давать цдаку, и после того как человек уже дал маасер, он освобождается от обязанности давать цдаку [за исключением определенных ситуаций].

Однако когда бедных нет, все равно существует закон маасер ксафим. Есть три мнения о том, какова обязанность давать маасер ксафим даже когда бедный об этом не просил (Шулхан Арух, Йоре Деа 249:1–2):

а. Полная обязанность из Торы (Шут Хатам Софер, Йоре Деа 232, д.ה. ולא; Питхей Тшува, Йоре Деа 249:2, по мнению Маариль 56, вопрос 7). б. Обязанность мудрецов (Таз, Йоре Деа 331:32; Хавот Яир 224). в. Древний обычай, который народ Израиля принял на себя (см. Бах 331:19; Шеилат Яавец, ч. 2, 6; Питхей Тшува 331:12; Дерех Эмуна, Матнот Анийим 7:27).

На практике в Гемаре прямо не сказано, что существует закон маасер ксафим, и можно объяснить различные места, где Гемара говорит о десятине, как относящиеся к десятине урожая. Но в Сифри (по версии Тосафот, Таанит 9а, д.ה. עשר) и в Танхума (Реэ 18) это сказано прямо и выводится из стиха. Однако, как упомянуто, поским спорят: является ли это полноценным толкованием и обязанность — из Торы; или это асмахта и обязанность — раввинская; или это лишь обычай, а стих — намек на обычай.

В практической галахе принято мнение, что источник обязанности — обычай. Но хотя это обычай, человек не вправе сказать, что он не следует этому обычаю, поскольку это древний обычай, которого придерживались святые праотцы Авраам, Ицхак и Яаков, и так поступал весь Израиль; такой обычай обязателен. [Многие законы являются обычаями, например запрет есть китнийот у ашкеназов и др. Разница между обычаем и раввинской обязанностью проявляется в том, в каких вопросах нужно устрожать, когда можно облегчать, в различных сомнениях и т. п. Кроме того, Шеилат Яавец (ч. 2, 6) писал: если в отношении конкретной детали не было принятого обычая, поскольку все основано на обычае, нет необходимости устрожать больше того, что фактически практиковалось].

Обязанность того, кто привык давать маасер ксафим

Однако есть случаи, когда обязанность строже, чем обязанность обычая: если человек три раза отделял маасер ксафим и не оговорил явно, что делает это без обета, он обязан продолжать отделять маасер ксафим как по закону обета, как всякое хорошее поведение, совершенное три раза. В таком случае обязанность отделять маасер ксафим более строгая, и чтобы не нарушить запрет обетов, хорошо при первой отдаче маасера оговорить, что он делает это бли недер — без обета.

Но если он так не сделал, можно положиться на «месирaт модаа» в канун Рош hа-Шана, где он отменяет обычаи, чтобы они не имели силы обета. Это помогает как если он помнил об этой декларации, когда вел себя так, так и если не помнил; даже если в сердце он думал так поступать всегда, но не произнес устами формулировку обета и не думал в сердце делать это как обет, декларация помогает (Симлат Хаим 62; Дерех Эмуна, Матнот Анийим 7, Циюн hа-Галаха 57).

Условия, которые желательно явно оговорить в начале соблюдения маасер ксафим

Автор Мишна Брура (Аават Хесед, ч. 2, гл. 18, п. 2) перечислил ряд условий, которые стоит оговорить перед тем, как человек начинает отделять маасер ксафим:

1. Оговорить, что все это без обета, и хотя он старается строго соблюдать это хорошее поведение, это не обет.
2. Сделать условие, что из любых денег, которые он отделяет, если он захочет предназначить эти деньги для гмаха — беспроцентных ссуд нуждающимся, — ему будет разрешено это сделать (Аават Хесед, ч. 2, гл. 18, п. 1; см. также примечания).
3. Сделать условие, что всякая цдака, которую он дает с сегодняшнего дня и далее, идет в счет маасер ксафим, который он хочет соблюдать без обета; и если он еще не обязан в такой сумме, то он дает эту сумму авансом в счет будущего. Например, если каждый месяц он зарабатывает 10 000 шекелей, он проверяет, сколько цдаки дал, и дополняет до 1 000 шекелей на цдаку. Но в один месяц выяснилось, что он уже дал 2 000 шекелей на цдаку; без условия он не может засчитать это как маасер ксафим следующего месяца. Если же он оговорил вышеуказанное условие, он может засчитать пожертвованные деньги в счет маасер ксафим следующего месяца, и в следующем месяце он освобожден от отделения денег на цдаку (Аават Хесед, ч. 2, гл. 18, п. 2).
4. Если ему трудно точно оценивать доходы и расходы, пусть оговорит, что делает все приблизительно, а не с предельной точностью (Аават Хесед, ч. 2, гл. 18, п. 3).

Поскольку не каждый знает все детали этих вопросов, в начале своего обычая отделять маасер ксафим следует оговорить так: «Я оговариваю, что все соблюдение маасер ксафим — без обета и без принятия в сердце; и я оговариваю, что будут действительны все условия, написанные поским».

Если он не оговорил этого, он может положиться на «месирaт модаа» в канун Рош hа-Шана, но лучше сделать hатарат недарим перед тремя людьми и сказать им, что он сожалеет, что не оговорил явно, что все будет без обета и согласно всем условиям, написанным поским.

Шулхан Арух (Йоре Деа 249:1); Аават Хесед (ч. 2, гл. 18); Азмера Лишмеха (выпуск 157).